Лев Лещенко, певец. А я о нем ничего не знаю. Когда выбираешь президента, то надо знать, что это за человек. Я знаю о Путине только то, что это директор ФСБ.

Андрей Нечаев, президент Российской финансовой корпорации. Такого варианта я бы не стал исключать. Кресло премьера, полученное за 10 месяцев до президентских выборов, является неплохой предвыборной площадкой. Все остальное зависит от того, как себя покажет Владимир Владимирович на этом посту, какие действия он предпримет.

Егор Гайдар, председатель партии "Демократический выбор России". Пока это трудно себе представить. Я знал Путина в качестве замруководителя администрации — там он был эффективен. Но в президенты у нас не назначают. Да и то, что сейчас происходит,— не самый удачный старт для президентской кампании.

Игорь Бунин, директор Центра политических технологий. Такая любезность Ельцина может испортить карьеру любому политику. Объявление имени "наследника" не добавляет ему очков, а только показывает, что президент по-прежнему контролирует ситуацию. С другой стороны, сейчас возросла опасность неконституционного развития событий. Идя на новые конфликты, президент загоняет себя в угол. И к тому времени, когда он начнет оттуда выбираться, не исключено, что рамки Основного закона станут для него тесными.

Екатерина Лахова, лидер движения "Женщины России". Путин практически неизбираем. Уверена, что он и сам это понимает, несмотря на свое заявление о намерении баллотироваться на этот пост. Более того, объявление его преемником Ельцина может лишь повредить ему. И выбирать будет народ, а не президент. По крайней мере, формально Конституцию еще не отменяли.

Алексей Кортнев, солист группы "Несчастный случай". Я эту фамилию вчера услыхал в первый раз. Хорошо, конечно, что он молодой, но представить его президентом я просто не могу. Да и рекомендации Ельцина ему вряд ли помогут.

Олег Морозов, лидер депутатской группы "Российские регионы". Нет, и думаю, что и сам Владимир Владимирович этого не видит. Но он вынужден принять правила игры.

Павел Чухрай, режиссер. Я не знаю ни политика, ни человека с такой фамилией. И я не могу судить, хороший он или плохой. Кроме того, не люблю, когда мне что-то навязывают, как это делает президент, говоря о преемнике — Путине. Это каменный век, который я поддерживать не хочу.